Ты съездил в Грозный, там состоялась твоя новая выставка, посвящённая Герою России Ахмаду Кадырову. Как она прошла? Как обстановочка?

Для меня прошло всё блестяще. Это без преувеличения триумф. Это была первая выставка современного искусства в обновлённом Грозном. Она целиком посвящена созидателю Новой Чечни и торжественно открылась его сыном. Я говорю о покойном Ахмад-хаджи Кадырове и его здравствующем сыне Рамзане Кадырове.

Как это событие восприняли там?

Да. Радость была огромная. Люди были рады или очень рады.

А как тебе восстановленный Грозный?
Насколько, с точки зрения архитектуры, он соответствует твоим культурным чаяньям?

Я бы сказал, что для той ситуации, в которой происходило это восстановление – архитектура достойная. Я примерно понял расположение будущей градостроительной структуры, и я уверен, что рано или поздно, она реализуется звонкими постройками. Мне кажется, что это в чеченском характере – не удовлетворяться средним.

Кадыров тебе не предлагал, что-то построить в Грозном?

Нет, тут важно понимать контекст. Это были первые дни активизации ингушского бандподполья, и я так понимаю, что Рамзан заехал на открытие выставки между боями. И надо благодарить судьбу за такую возможность, её вообще могло и не быть…

Чеченских народ, вайнахи, с подачи разных СМИ воспринимались у нас как народ – разрушитель Империи, народ который никогда не будет жить в имперских рамках. Но год назад мы вместе с тобой видели чеченцев в Южной Осетии, они за эту Империю шли умирать. Это новейший факт. Как ты воспринимаешь роль чеченского народа в братском имперостроительстве?

Я впервые на территории России увидел реализовавшееся чудо. Та степнь духовной мобилизации, что я застал в Чечне, является желаемой для всех регионов России, и, в первую очередь, для её столицы.
Чеченская духовная мобилизация – это ясно поставленная цель, цель духовного спасения, ясно реализуемая на наших глазах, и под сию цель верстается всё остальное: строительство, воспитание детей, образование народа.

Т.е. идея духовного строительства стала катализатором чеченской пассионарности?

Революция Духа, случившаяся на территории Чечни (я имею ввиду – безоговорочное принятие Ислама), явилась тем фундаментом, на котором зиждется всё остальное.

Как относился простой народ к твоим работам. Я имею в виду рядовых посетителей выставки, не элиты (тех, что тебя встречали, возили, охраняли). Как воспринял простой люд эти картины?

Это была безграничная радость.

Как-то зримо это всё отражалось? Что они целовали тебя, обнимали, носили на руках?

По части касаний – в Чечне очень внимательно к этому относятся и традиционно. Люди касаются друг друга лишь в момент, предписанный традицией. Не раньше и не позже. Одно то, что девушки встают, когда входишь, и встают столько раз – сколько входишь, вот что поразило меня. В этот момент они напоминают, о том, что они Женщины, а я Мужчина. Это были девушки в платках – невероятные и недоступные красавицы!
 Это евразийская исполненность, тот идеал, о котором остаётся только мечтать.

То о чём ты рассказываешь: Исламская Революция Духа, изысканные красавицы в платках напоминает нам об Исламской Революции в Иране 1979 года. Есть ли какие-то параллели между исламской революцией Хомейни, и исламским чеченским ренессансом Кадыровых?

К величайшему сожалению я до сих пор не был в Иране – надеюсь рано или поздно оказаться там. Поэтому – не могу сравнивать. Но то, что я застал в Чечне, говорит о безусловной перманентной Революции Духа.

Вижу, ты вдохновился на длительное время от увиденного в городе Грозном. Под этим впечатлением – какие твои творческие планы?

Во-первых я приобрёл множество великолепных друзей. Во-вторых множество планов, их необходимо воплощать. Будем строить новые города, Города Солнца, Города Будущего!

Беседовал Павел Зарифуллин

Релевантно:

Художник Гинтовт на кавказском фронте

Звериный стиль Танатоса Баниониса

Белое Солнце Максима Рудомёткина

Золотой Позвоночник

Из Ирана с любовью

Город Солнца

Когда русские входили в город, осетинские мужчины плакали

Источник: Геополитика