Геополитические взгляды З. Бжезинского

06.08.2012

I.  Введение

Збигнев Казимеж Бжезинский (Zbigniew Kazimierz Brzezinski), или «Неистовый Збиг», как называют его в Америке, родился в 1928 г. в польской столице городе Варшаве. В 1938 году вместе с родителями, которые работали дипломатами, переехал в Канаду. Где его и застала Вторая мировая война. В Польшу Збигнев возвращаться не захотел и в 50-е годы ХХ века перебрался в Соединенные Штаты Америки, где получил в 1958 году американское гражданство. В дальнейшем Бжезинский «верой и правдой» служил интересам США, посвятил свою карьеру изучению СССР, считая его «абсолютным злом» и неизбежным геополитическим противником Запада.

Политолог Збигнев Бжезинский наряду с Генри Киссинджером считается ведущим стратегом американской внешней политики XX века, одним из самых влиятельных представителей политической элиты США.

Его называли лучшим врагом СССР. «Неистовый Збиг» славится своим опасным умом, умением безошибочно определять болевые точки противника, чувством собственного превосходства и блестящей иронией, а также чисто польским шармом и польской подозрительностью ко всему русскому.

Збигнев Бжезинский является автором глобальной стратегии антикоммунизма (первым предложил объяснять всё происходящее в социалистических странах с позиций концепции тоталитаризма), теории технотронной эры и концепции американской гегемонии нового типа. В 60-х годах ХХ века он работал советником в администрациях президентов США Джона Кеннеди и Линдона Джонсона. При этом всегда занимал жёсткую позицию по отношению к Советскому Союзу.

Необходимо отметить, что с 1973 по 1976 годы Бжезинский занимал пост директора «Трехсторонней Комиссии». А в последующем нередко «озвучивал», решения как этой структуры, так и «Бильдербергского клуба».

Пика влиятельности достиг в конце 70-х годов прошлого века, став советником президента Джимми Картера по вопросам национальной безопасности. Находясь в этой должности с 1977 по 1981 годы, он являлся активным сторонником секретной программы Центрального разведывательного управления США по вовлечению СССР в дорогостоящий и по возможности отвлекающий военный конфликт, о чём после начала Афганской войны написал президенту Картеру[1]: «Теперь у нас есть шанс дать Советскому Союзу свою Вьетнамскую войну[2]».

Во время Афганской войны Бжезинский в рамках этой секретной программы инициировал продажу афганским моджахедам самого современного американского оружия, поставки которого оплачивал позднее всемирно известный мировой «террорист № 1» Усама бен Ладен.

В 1988 году он работал сопредседателем Консультативной группы по национальной безопасности в команде Джорджа Буша-старшего.

В период президентства Билла Клинтона Бжезинский являлся автором концепции расширения НАТО на Восток[3].

Збигнев Бжезинский и в настоящее время является советником многих представителей американской политической элиты в вопросах внешней политики, в том числе и президента Обамы. А у нас в России и сейчас существует мнение, что его взгляды всё ещё оказывают серьезное влияние на внешнеполитический курс Америки.

Среди его многочисленных почетных должностей и званий хотелось бы отметить такие, как член «Трехсторонней комиссии» и «Бильдербергского клуба», почетный гражданин города Львов, почетный доктор Тбилисского государственного университета, сопредседатель американского «Комитета по Помощи Польше», член правления директоров «Польско-американского предпринимательского фонда», организатор и председатель «Американо-украинского Консультативного Комитета», а также член совета директоров нефтяной компании «BritishPetroleum – Amoco» и главный советник компании «Chevron».

Кроме того, Бжезинский был членом правления советов директоров организации «Международная Амнистия», элитного клуба «Совет по Международным Отношениям» и «Атлантического Совета», а сейчас еще и является членом правления директоров «Национального фонда за Демократию» («National Endowment for Democracy»), почетным председателем Фонда «AmeriCares» (частная филантропическая организация, занимающаяся гуманитарной помощью), членом совета попечителей некоммерческой организации «Freedom House».

 
II. Геополитические взгляды З.Бжезинского

Свои геополитические взгляды Збигнев Бжезинский изложил в своих книгах «Вне контроля», «Великая неудача», «План игры», «Власть и принцип», «Великая шахматная доска. Американская гегемония и ее геостратегические императивы» и в многочисленных интервью и выступлениях в средствах массовой информации.

В своих многочисленных геополитических работах, основываясь на работах представителей классической геополитики морских сил: адмирала Мэхэна, Хальфорда МакКиндера и Николаса Спайкмэна, Збигнев Бжезинский конструирует доктрину нового американского экспансионизма[4].

По существу эта доктрина являются популяризацией и синтезом геополитических концепций британского геополитика Хальфорда МакКиндера и американских геополитиков адмирала Мэхэна и Николаса Спайкмэна. Влияние работ Брукса Адамса и Фредерика Джэксона Тэрнера ощущается, прежде всего, в концепции Бжезинского о продвижении границ американской гегемонии, заключающееся в постоянном разширении периметра доктрины Монро[5].

Бжезинский сформулировал фундаментальные принципы планетарного господства США в условиях однополярного мира, а главной целью американской геостратегии назвал «превращение Америки во властелина Евразии», которую предложил своей стране в качестве «главного геополитического приза».


2.1. Американская гегемония

Изданная в 1997 году книга «Великая шахматная доска» («The Grand Chessboard»), главное произведения Бжезинского, подробно знакомит с долгосрочными интересами американской силовой политики. В книге содержится аналитически разработанный план геополитической установки Соединенных Штатов на 30-летний период.

В немецком переводе книга называется «Единственная мировая держава» («Die einzige Weltmacht»). И это название, возможно, даже в большей степени обозначает первый и главный принцип американской политики, а именно объявленное желание быть «единственной» и даже, - как называет Бжезинский, - «последней» мировой державой. Но решающим является второй ключевой принцип, в соответствии с которым Евразия «представляет собой шахматную доску, на которой продолжается борьба за глобальное господство[6]».

В основе этого второго принципа лежит оценка того, что держава, получившая господство в Евразии, тем самым получает господство над всем остальным миром. «Эта огромная, причудливых очертаний евразийская шахматная доска, простирающаяся от Лиссабона до Владивостока, является ареной глобальной игры[7]», причем «доминирование на всем Евразийском континенте уже сегодня является предпосылкой для глобального господствующего положения[8]».

«И происходит это лишь потому, что Евразия, бесспорно, является самым большим континентом, на котором проживает 75% населения мира, и на котором располагаются 3/4 всех мировых энергетических запасов. [...]

Принципы планетарного господства США З.Бжезинский изложил в своей книге в следующей редакции: «Америка занимает доминирующие позиции в четырех имеющих решающее значение областях мировой власти: в военной области она располагает не имеющими себе равных глобальными возможностями развертывания; в области экономики остается основной движущей силой мирового развития, даже, несмотря на конкуренцию в отдельных областях со стороны Японии и Германии; в технологическом отношении она сохранила абсолютное лидерство в передовых областях науки и техники; в области культуры, несмотря на некоторую примитивность, Америка пользуется не имеющей себе равных притягательностью, особенно среди молодежи всего мира, - все это обеспечивает США политическое влияние, близкого к которому не имеет ни одно государство мира. Именно сочетание всех этих четырех факторов делает Америку единственной мировой сверхдержавой в полном смысле этого слова[9]».

З.Бжезинский, открыто определил Соединенные Штаты Америки как современного имперского гегемона, с мощью которого никто не сможет сравняться, как минимум в ближайшие двадцать пять лет. В серии статей, опубликованных в неконсервативном журнале «National interest» (и сведенных в 2001 г. в книгу «Геостратегическая триада») Збигнев Бжезинский призвал Америку блокировать «дугу нестабильности» в Юго-Восточной Европе, Центральной Азии и в анклавах Южной Азии, Ближнего Востока и Персидского залива. Целью блокады он назвал захват «главного приза Евразии»: создание ситуации, при которой никакая комбинация евразийских стран не смогла бы Америке.

Необходимо отметить, что трагические сентябрьские события 2001 года устранили главное препятствие на пути реализации этой цели – нежелание американского населения связывать свою судьбу со столь далекими и переменчивыми странами.


2.2. Геополитика и геостратегия

В международных отношениях политическая география всегда являлась принципиально важным фактором, ведь для большей части истории международных отношений фокусом политических конфликтов почти всегда являлся контроль над территориями. Причиной большинства кровопролитных войн было либо удовлетворение своих национальных устремлений, направленных на получение больших территорий, либо чувство национальной утраты в связи с потерей «священной» земли. При этом следует отметить, что практически все империи формировались путем тщательно продуманного захвата и удержания жизненно важных географических достояний.

Российское национальное величие также веками отождествлялось с приобретением территорий, «и даже в конце XX века российское настойчивое требование сохранить контроль над таким нерусским народом, как чеченцы, которые живут вокруг жизненно важного нефтепровода, оправдывалось заявлениями о том, что такой контроль принципиально важен для статуса России как великой державы[10]».

Бжезинский пишет: «Государства-нации продолжают оставаться основными звеньями мировой системы. Хотя упадок великодержавного национализма и угасание идеологической компоненты снизили эмоциональное содержание глобальной политики, конкуренция, основанная на владении территорией, все еще доминирует в международных отношениях, даже если ее формы в настоящее время и имеют тенденцию к приобретению более цивилизованного вида. И в этой конкуренции географическое положение все еще остается отправной точкой для определения внешнеполитических приоритетов государства-нации, а размеры национальной территории по-прежнему сохраняют за собой значение важнейшего критерия статуса и силы.

Однако для большинства государств-наций вопрос территориальных владений позднее стал терять свою значимость. Он скорее является не стремлением к укреплению национального статуса путем увеличения территорий, а вопросом «обиды» в связи с отказом в самоопределении этническим братьям или проблемой недовольства в связи с так называемым плохим обращением соседа с этническими меньшинствами.

Правящие национальные элиты все ближе подходят к признанию того, что не территориальный, а другие факторы представляются более принципиальными в определении национального статуса государства или степени международного влияния этого государства. Экономическая доблесть и ее воплощение в технологических инновациях также могут быть ключевым критерием силы. Государственный секретарь США … ответила на этот вопрос своим определением Америки: «Нация, без которой невозможно обойтись. Она остается богатейшим, сильнейшим, наиболее открытым обществом на Земле. Это пример экономической эффективности и технологического новаторства, икона популярной культуры во всех концах мира и признанный честный брокер в решении международных проблем». «Место Америки, - объясняла американскому сенату государственный секретарь Олбрайт, - находится в центре всей мировой системы… Соединенные Штаты являются организующим старейшиной всей международной системы».

До недавнего времени ведущие аналитики в области геополитики дебатировали о том, имеет ли власть на суше большее значение, чем мощь на море, и какой конкретно регион Евразии мог бы представлять собой важное значение в плане контроля над всем континентом. Харальд МакКиндер, один из наиболее выдающихся геополитиков, в начале этого века стал инициатором дискуссии, после которой появилась его концепция евразийской «опорной территории» (которая, как утверждалось, должна была включать всю Сибирь и большую часть Средней Азии), а позднее - концепция «сердца» (хартленда) Центральной и Восточной Европы как жизненно важного плацдарма для обретения доминирования над континентом. Он популяризировал свою концепцию «сердцевины земли» знаменитым афоризмом[11]:

«Тот, кто правит Восточной Европой, владеет Сердцем земли;

Тот, кто правит Сердцем земли, владеет Мировым Островом (Евразией);

Тот, кто правит Мировым Островом, владеет миром».

Далее З.Бжезинский продолжает излагать свою позицию: «Сегодня геополитический вопрос более не сводится к тому, какая географическая часть Евразии является отправной точкой для господства над континентом, или к тому, что важнее: власть на суше или на море. Геополитика продвинулась от регионального мышления к глобальному, при этом превосходство над всем Евразийским континентом служит центральной основой для глобального главенства. В настоящее время Соединенные Штаты, неевропейская держава, главенствуют в международном масштабе, при этом их власть непосредственно распространена на три периферических региона Евразийского континента, с позиций, которых они и осуществляют свое мощное влияние на государства, занимающие его внутренние районы. Но именно на самом важном театре военных действий земного шара - в Евразии - в какой-то момент может зародиться потенциальное соперничество с Америкой».

Таким образом, концентрация внимания на ключевых действующих лицах и правильная оценка театра действий, по мнению Бжезинского, являются отправной точкой для формулирования геостратегии США в интересах перспективного руководства их геополитическими интересами в Евразии.

Для этого необходимо выполнить два основных действия:

1. Выявить динамичные (с геостратегической точки зрения) евразийские государства, которые обладают силой, способной вызвать потенциально важный сдвиг в международном распределении сил и разгадать основные внешнеполитические цели их политических элит.

2. Сформулировать конкретную политику США для того, чтобы компенсировать, подключить и / или контролировать вышесказанное в целях сохранения и продвижения жизненных интересов США в глобальных масштабах[12].

Исходя из изложенного, для Соединенных Штатов евразийская геостратегия включает в ближайшей перспективе сохранение своей исключительной глобальной власти.


2.3. Геостратегические действующие лица и геополитические центры

«Активными геостратегическими действующими лицами являются государства, которые обладают способностью и национальной волей осуществлять власть или оказывать влияние за пределами собственных границ».

По мнению Бжезинского такие государства имеют склонность к непостоянству с геополитической точки зрения: стремления к национальному величию, идеологической реализованности, религиозному мессианству или экономическому возвышению. Поэтому США, по его мнению, должны уделять особое внимание евразийским государствам, движимым такими мотивами.

«Геополитические центры - это государства, чье значение вытекает не из их силы и мотивации, а из их важного местоположения и последствий их потенциальной уязвимости для действий со стороны геостратегических действующих лиц. Чаще всего геополитические центры обусловливаются своим географическим положением, которое в ряде случаев придает им особую роль в плане либо контроля доступа к важным районам, либо возможности отказа важным геополитическим действующим лицам в получении ресурсов. В других случаях геополитический центр может действовать как щит для государства или даже региона, имеющего важное значение на геополитической арене. Идентификация ключевых евразийских геополитических центров периода после холодной войны, а также их защита являются, таким образом, принципиальным аспектом глобальной геостратегии Америки.

С самого начала следует также отметить, что, хотя все геостратегические действующие лица чаще являются важными и мощными странами, далеко не все важные и мощные страны автоматически становятся геостратегическими действующими лицами.

Анализ геополитической роли «ключевых государств» содержится в книге Бжезинского «План игры».

В текущих условиях в масштабе всего мира выделяется всего пять ключевых геостратегических действующих лиц и пять геополитических центров (при этом два последних, возможно, также частично квалифицируются как действующие лица) могут идентифицироваться на новой евразийской политической карте. Франция, Германия, Россия, Китай и Индия являются крупными и активными фигурами, в то время как Великобритания, Япония и Индонезия (по общему признанию, очень важные страны) не подпадают под эту квалификацию. Украина, Азербайджан, Южная Корея, Турция и Иран играют роль принципиально важных геополитических центров.

На западной оконечности Евразии ключевыми и динамичными геостратегическими действующими лицами являются Франция и Германия. Для них обеих мотивацией является образ объединенной Европы, хотя они расходятся во мнениях относительно того, насколько и каким образом такая Европа должна оставаться увязанной с Америкой. Но обе хотят сложить в Европе нечто принципиально новое, изменив, таким образом, статус-кво. Более того, и Франция, и Германия достаточно сильны и напористы, чтобы оказывать влияние в масштабах более широкого радиуса действия. Франция не только стремится к центральной политической роли в объединяющейся Европе, но и рассматривает себя как ядро средиземноморско-североафриканской группы стран, имеющей единые интересы. Германия все более и более осознает свой особый статус как наиболее значимое государство Европы - экономический «тягач» региона и формирующийся лидер Европейского Союза (ЕС). Что же касается Великобритании, то ее геостратегическая политика изложена в следующих четырех положениях:

- Великобритания отвергает цель политического объединения;

- Великобритания отдает предпочтение модели экономической интеграции на основе свободной торговли;

- Великобритания предпочитает координацию внешней политики, безопасности и обороны вне структурных рамок ЕС (Европейского сообщества);

- и Великобритания редко полностью использует свой авторитет в ЕС[13].

В понимании З.Бжезинского, «Хотя для США она по-прежнему играет немалую роль, они все же предпочитают видеть в ней ушедшего на покой геостратегического игрока, почивающего на лаврах.

Россия, что едва ли требует напоминания, остается крупным геостратегическим действующим лицом, несмотря на ослабленную государственность. Само ее присутствие оказывает ощутимое влияние на обретшие независимость государства в пределах широкого евразийского пространства бывшего Советского Союза. Она также лелеет амбициозные геополитические цели. Как только она восстановит свою мощь, то начнет также оказывать значительное влияние на своих западных и восточных соседей. Кроме того, России еще предстоит сделать свой основополагающий геостратегический выбор в плане взаимоотношений с Америкой: друг это или враг? Она, возможно, прекрасно чувствует, что в этом отношении имеет серьезные варианты выбора на Евразийском континенте. Многое зависит от развития внутриполитического положения и особенно от того, станет ли Россия европейской демократией или - опять - евразийской империей. В любом случае она остается действующим лицом, даже, несмотря на то, что потеряла некоторые из ключевых позиций на «евразийской шахматной доске».

Аналогичным образом едва ли стоит доказывать, что Китай является крупным действующим лицом на политической арене. Китай уже является важной региональной державой и, похоже, лелеет более широкие надежды, имея историю великой державы и сохраняя представление о китайском государстве как центре мира. Те варианты выбора, которым следует Китай, уже начинают влиять на геополитическое соотношение сил в Азии. Распад Советского Союза привел к созданию на западных окраинах Китая ряда государств, в отношении которых китайские лидеры не могут оставаться безразличными. Таким образом, на Россию также в значительной степени повлияет более активная роль Китая на мировой арене.

В восточной периферии Евразии заключен парадокс. Япония явно представляет собой крупную державу в мировых отношениях, и американо-японский альянс часто определяется как наиболее важные двусторонние отношения. Как одна из самых значительных экономических держав мира Япония, очевидно, обладает потенциалом политической державы первого класса. Тем не менее, она его не использует, тщательно избегая любых стремлений к региональному доминированию и предпочитая вместо этого действовать под протекцией Америки. Япония, как и Великобритания в случае Европы, предпочитает не вступать в политические перипетии материковой Азии. В свою очередь, такая сдержанная политическая позиция Японии позволяет Соединенным Штатам играть центральную роль по обеспечению безопасности на Дальнем Востоке. Таким образом, Япония не является геостратегическим действующим лицом, хотя очевидный потенциал возлагает на особое обязательство тщательно пестовать американо-японские отношения».

Перечень геостратегических действующих лиц и геополитических центров, изложенный выше, не является полным. Выделены лишь некоторые основные из них. Но, по Бжезинскому, этот перечень не является ни постоянным, ни неизменным. Временами некоторые государства могут быть внесены или исключены из него. Безусловно, с какой-то точки зрения могло бы так сложиться. Однако на данном этапе ситуация вокруг каждой из вышеупомянутых стран не принуждает нас к этому. Изменения в статусе любой из них представляли бы значительные события и повлекли за собой некоторые сдвиги в расстановке сил, но сомнительно, чтобы их последствия оказались далеко идущими.


2.4. Россия для Америки

Великая шахматная доска - это евразийская геополитическая карта, на которой белым цветом отмечены зоны гегемонии США в Евразии, а черным - те территории, где американское господство еще только предстоит установить.

Бжезинский нарисовал будущему России мрачную перспективу (назвав ее «черной дырой») и предрек нашей стране территориальный распад: «Для Америки Россия слишком слаба, чтобы быть ее партнером, но, как и прежде, слишком сильна, чтобы быть просто ее пациентом... Рoccии, устроенной по принципу свободной конфедерации, в которую вошли бы Европейская часть, Сибирская республика и Дальневосточная республика, было бы легче...».

В книге «Великая шахматная доска» Бжезинский, по сути, изложил свое видение программы по окончательному развалу России. Он всю жизнь положил на то, чтобы ликвидировать сначала СССР, а затем и Россию (эту «смертельную угрозу»).  Сразу после распада Советского Союза в 1991 году он с удовлетворением заявил, что «произошло крушение исторической российской государственности».

В своей вышедшей в 2007 году книге «Второй шанс» (Second Chance) Збигнев Бжезинский подверг резкой критике правительства Джорджа Буша-старшего, Билла Клинтона и Джорджа Буша-младшего за то, что, по его мнению, после распада СССР они недостаточно использовали шансы для создания системы прочного американского господства. Поэтому он предлагает ограничить однополярную политику и сделать усиленную ставку на кооперацию и поиск договоренностей с Европой и Китаем. Следует также начать переговоры с Сирией, Ираном и Венесуэлой - об этом уже объявил Барак Обама. Но одновременно нужно изолировать и, пожалуй, даже дестабилизировать Россию.

В книге «Вне контроля» Бжезинский подчеркивает, что «развал Советского Союза превратил «хартлэнд» Евразии в геополитический вакуум... Распад Советского Союза не только создал возможность для потенциального проникновения американского влияния в евразийский вакуум, в особенности путем консолидации геополитической разрозненности бывшего пространства СССР, но и имеет решающие геополитические последствия на юго-западной окраине Евразии. Ближний Восток и Персидский залив уже трансформированы в область исключительного американского силового преобладания. И это положение является исторически уникальным».

Готовность Соединенных Штатов предпринять в одностороннем порядке массивные военные действия против любого государства, которое стоит на пути американских интересов и самопровозглашенная роль мирового жандарма, являются, по мнению автора,  основой  грядущего американского мирового владычества.

Независимая Европа, по мнению Бжезинского, - это постоянная моральная и экономическая угроза Соединенным Штатам, которые не могут и не должны допустить возникновения объединенной Европы, которая могла бы выступить как самостоятельный геополитический блок, сдерживая геополитические устремления США. «В будущем ни одно государство или же коалиция государств не должны консолидироваться в геополитическую силу которая могла бы вытеснить США из Евразии».

Отталкиваясь от работ американского геополитика адмирала Мэхэна, Бжезинский рассматривает США как ведущую морскую силу в мире. Согласно Бжезинскому силовое поле международных отношений определяется , как в исторической перспективе, так и в контексте современных международных отношений, конфликтом и борьбой морских и континтинентальных сил.

В своей книге «План игры» («Game Plan», 1986) соперничество между Советским Союзом и Соединенными Штатами Бжезинский рассматривает как «извечный геополитический конфликт между ведущей морской силой (США) и доминирующей континентальной силой (СССР)». В качестве главенствующей морской силы, по мнению автора, США выступают правопреемником Британской империи. Конфликт между Советским Союзом (а затем и Россией) и США, - в его понимании, - не что иное, как извечный антагонизм между  морской и континентальной силой.

 
III. Заключение

Таким образом, контроль и доминирование над Евразией является главной политической целью Соединенных Штатов Америки. НАТО при этом является главным инструментом в достижении этой цели. В контексте американской экспансионистской политики НАТО, - в понимании З.Бжезинского должно играть такую же роль как морской флот для адмирала Мэхэна в прошлом.

В своей книге «Великая шахматная доска» он рассматривает расширение НАТО в свете теорий МакКиндера. Включение Польши, Венгрии и Чехии в НАТО, иными словами в Атлантическую империю США, - это не что иное, как установление американского контроля над Восточной Европой. Который для МакКиндера является прелюдией к захвату Мирового Острова, - Евразии.

Политической целью США, по мнению Бжезинского, обязана стать последовательность Америки в достижении и удержании доминирующей позиции в мире. В этом контексте «холодная война» для него являлась блокадой крепости «Хартлэнд», в геополитическом контексте тождественной с Советским Союзом. При этом, «битва» за Евразию является, по существу,  сутью «холодной войны». И в этой битве США были пространственно - чужим агрессором, стремившимся подчинить себе чужое геополитическое пространство. Советский Союз при этом выступал в роли Катехона, - сдерживателя, - внешняя политика которого была направлена на сдерживание глобального экспансионизма Соединенных Штатов Америки.

В заключение можно сказать, что Збигнев Бжезинский, усовременил геополитические доктрины морских сил и сформулировал геополитическую концепцию захвата Евразии в целях установления мировой гегемонии США.


Список Литературы:

Монографии автора


1.        Бжезинский З. Как строить отношения с Россией // Pro et contra. — 2001. — T. 6, № 1/2.
2.        Бжезинский З. Большой провал: Рождение и смерть коммунизма в двадцатом веке / Transl. by Larissa Gershtein. — New York : Liberty, 1989.
3.        Бжезинский З. Великая шахматная доска: господство Америки и его геостратегические императивы = The grand chessboard: American primacy and its geostrategic imperatives — New York : Basic books, October 1997 / Пер. с англ. О. Ю. Уральской. — М. : Международные отношения, 1998.
4.        Бжезинский З. Выбор. Мировое господство, или глобальное лидерство = The choice: global domination or global leadership / Пер. с англ. Е. А. Нарочницкой, Ю. Н. Кобякова. — М. : Международные отношения, 2004.
5.        Бжезинский З. Ещё один шанс. Три президента и кризис американской сверхдержавы / Пер. с англ. Ю. В. Фирсова. — М. : Международные отношения, 2007.
6.        Бжезинский З. Китай — региональная, а не мировая держава // Pro et contra. — 1998. — T. 3, № 1.
7.        Бжезинский З. Лицом к России // США: Экономика. Политика. Идеология. — 1998. — № 8.
8.        Бжезинский З. План игры : геостратег. структура ведения борьбы между США и СССР / Пер. с англ. — М. : Прогресс, 1986.
9.        З. Бжезинский. Посткоммунистический национализм. М. : ИНИОН, 1991.
10.   Бжезинский З. Преждевременное партнерство: Реферат / РАН Институт научной информации по общественным наукам; В. В. Александров. М., 1994.
11.   Бжезинский З. Путинский выбор // The Washington Quarterly. — Spring 2008. — T. 31, № 2.
12.   Бжезинский З. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы. - М.: Международные отношения, 1999.
13.   Збигнев Бжезинский. Россия рискует превратиться в пустое пространство. Интервью Збигнева Бжезинского в газете «Комсомольская правда», 30.10.2008.
14.   Газета «Завтра», номер 10 от 2 марта 2003 г., статья «На рубжах атаки».

Библиография на русском языке

1.        Аркадий Сидорук. Великая шахматная доска Збигнева Бжезинского.
2.        Кожакин Е. В. Россия в политических исследованиях Збигнева Бжезинского 1950—1960-х гг. История и историография зарубежного мира в лицах, 2001 - Вып. 5.
3.        Коллин Грей «Геополитика ядерной эпохи: Хартланд, Римланд и технологическая революция» (Gray, C. S. «The Geopolitics in the Nuclear Era: Heartland, Rimland and Technological Revolution», Crane, Russak, New York, 1977.
4.        Манекин Р. В., Корнилов Д. В. Збигнев Бжезинский: Who Is Who, 2001.
5.        Н. Н. Ефимов. В чём опасность геостратегии Бжезинского для России? // Военная мысль, 1999 — № 5.
6.        Пирогов Г. Н. Данилевский в зеркале З. Бжезинского // Коммунист, 2000 - № 5.


Библиография на иностранных языках

1.        Actualite, Special islamisme.  (фр.).
2.        No Regrets: Carter, Brzezinski and the Muj.  (англ.).