На Дамаск наступает Джебхат ан-Нусра. ИГИЛ контролирует север

Подписывайтесь на канал GEOPOLITICA.RU в телеграм, чтобы первыми узнавать о главных геополитических новостях и важнейших политических событиях дня!

12.06.2017
На Дамаск наступает Джебхат ан-Нусра. ИГИЛ контролирует север

Во время сирийской войны стиль информационно-пропагандистской войны политического советника министерства информации Сирии Али аль-Ахмада чем-то напоминает рьяное противостояние чеченского пропагандиста Мовлади Удугова и огромной государственной машины.

Аль-Ахмад – один из немногих в окружении президента Сирии Башара Асада, который взял на себя роль главного бастиона в информационной схватке, являющейся в наше время основной частью современной гибридной войны.

Аль-Ахмад - сын одного из соратников сирийского правителя – отца нынешнего президента Хафеза Асада. Его отец аль-Абдаллах входил в Политбюро правящей партии БААС и занимал ключевую позицию в правительстве отца Башара Асада. Так распорядилась судьба, что в самые сложные для президента и Сирии времена, сын соратника легендарного Хафеза встал в ряды защитников правящего режима. Аль-Ахмад и Башар Асад росли вместе. А спустя многие годы их пути разошлись – Башар уехал на учебу в Лондон, а аль-Ахмад поступил в популярный в советские времена Нефтяной институт в Баку.

С чувством глубочайшего восторга аль-Ахмад вспоминает студенческие годы, проведенные в Баку. С этих воспоминаний и началась наша случайная встреча и беседа в одном из московских отелей.

Но сегодня аль-Ахмад бесстрашно защищает своего президента. Куда же идет Сирия? И пойдет ли она дальше со своим президентом?

Эйнулла Фатуллаев (Баку)

 

Эйнулла Фатуллаев:  Где сейчас находится Башар Асад? Он в Дамаске?

Али аль-Ахмад: Конечно, в Дамаске.

- И аппарат власти в Сирии функционирует в прежнем режиме?

- Безусловно. И власть президента Башара Асада – единственная и легитимная, признанная ООН. Я хочу, чтобы вы поняли – западные СМИ весьма искаженно освещают события в Сирии. И Запад, отвергая легитимность власти Б.Асада, нарушает международное право.

- А правительство и госведомства тоже находятся в Дамаске?

- Да, конечно. А где еще? Ведь это столица Сирии.

- Приходится управлять под бомбами? Небезопасно?

- Это вопрос риторический. Но реальная угроза была в 2012-13 годах. А сейчас ситуация вокруг Дамаска стабилизировалась. Положение намного лучше. Если вы помните, большая часть стран мира во главе со странами Западной Европы и США создали широкую коалицию против Сирии. Но все это в прошлом.

- Бомбят Дамаск?

- Что значит бомбят? Дамаск периодически подвергают минометным обстрелам. Погибают мирные люди и дети. Но сирийская армия и силы безопасности справляются с ситуацией, обеспечивая неприкосновенность столицы.

- Бомбит курдское ополчение, ИГИЛ или Джебхат ан-Нусра? То есть, Дамаск находится под прицелом террористов, и получается, что под прицелом мирового сообщества оказались не террористы, а Асад?

- Вокруг Дамаска нет ИГИЛ. На Дамаск наступает Джебхат ан-Нусра. ИГИЛ контролирует север и северо-восток страны.

- Но ведь и Джебхат ан-Нусра является террористической организацией?

- Так и есть. Понимаете, чтобы предельно ясно разобраться в сирийском котле, важно понять – здесь политические силы руководствуются правилом: друг моего друга – это друг, а враг твоего друга – это враг. Даже те силы, которые предстают в образе более лояльных сил, но воюют против сирийской армии, являются союзниками ИГИЛ. Даже если они не разделяют ценностную систему и методы ИГИЛ.

А на самом деле они действуют вместе и сообща. И все эти силы финансируются из одного источника. Возникает закономерный вопрос – а кто же финансирует? Мозговые центры Германии обнародовали официальные цифры – за последние 6 лет в Сирию вошло около 365 тысяч террористов. Повторяю, это не наши данные, а информация западных правительств. Из них на сегодняшний день осталось около 80 тысяч террористов. И что должно предпринимать правительство Сирии? Конечно, воевать против них и выдворять из страны.

Предположим, завтра в Азербайджан войдут 80 тысяч террористов. Что будет делать ваше правительство и армия?

- Конечно же, воевать.

- Вот и мы воюем против необъявленного террора. Ко всем странам надо относиться с помощью одной логики и одних стандартов. На США нападают террористы, и государство мобилизует против них все свои силы и получает поддержку всего мирового сообщества. Мир осуждает терроризм. А на Сирию нападают террористы, и мир оборачивается против законного правительства. Как так? Где логика?

- Вы непрерывно в течение всего этого времени живете в Дамаске?

- Да. Но родом я из Хомса.

- И все вы, правительственные чиновники, в обычном режиме выходите на работу и беспрепятственно исполняете свои служебные обязанности?

- Вот в эти минуты, когда мы с вами общаемся, более 300 тысяч учеников общеобразовательных школ сдают выпускные экзамены. В Сирии в настоящее время действуют университеты в Дамаске, Хомсе, Латакии, Алеппо…

- А есть ли статистика – сколько людей осталось в Сирии?

- Абсолютно точной статистики нету.

- Приблизительно?

- Конечно, есть. Согласно правительственным данным, Сирию покинуло около 5 миллионов граждан. Но вопрос в другом – откуда спаслись бегством эти люди? Из районов, которые находятся под контролем террористов. А в городах и районах, находящихся под контролем правительства, население не спешит покидать свои очаги. Доказательство тому – наглядные факты: миллионы людей покинули города, перешедшие под контроль террористов, ушли в районы, которые удерживаются правительственной армией.

По нашим данным, сегодня в Сирии проживает около 19 миллионов человек.

- Что же произошло с сирийской армией? Какова численность армии, которая осталась верна присяге президенту?

- Более 95 процентов сирийской армии сохранила верность президенту. Сегодня численность вооруженных сил Сирии составляет около 350 тысяч личного состава. Повторяю, речь идет не об одной армии, а обо всем контингенте вооруженных сил.

- Возвращаясь к истории вопроса, мне сложно понять до сих пор истоки дестабилизации ситуации в Сирии. Ведь ваша страна была одной из светских на Ближнем Востоке с мощными государственными институтами. А сирийские спецслужбы были одними из эффективных в арабском мире. И даже сирийский котел, по оценке ведущих арабских экспертов, не снизил эффективности спецслужб, которые по сей день среди руин работают как часовой механизм. Как противникам режима удалось расшатать ситуацию в Сирии? Как им удалось дестабилизировать один из самых мощных режимов на Ближнем Востоке?

- Это очень хороший вопрос. Поймите, самые крупнейшие политические центры и мощные державы начали войну против Сирии. Речь идет о США, Великобритании, Франции… Я это утверждаю не потому, что являюсь убежденным противником Запада. Вовсе нет! Я лишь констатирую факты. У нас до сих пор сохранились хорошие отношения с некоторыми силами на самом Западе. И кстати говоря, постепенно на Западе ко многим приходит осознание чудовищной ошибки вследствие развязанной в Сирии войны. Более того, мы стали жертвами управляемой волны против арабских стран, в которых она вызвала хаос и беспорядки.

- Позвольте, но в Марокко и Иордании правители сбили эту волну. Почему это не удалось Асаду?

- Правильно! Марокко и Иордания – это прозападные страны. Запад не захотел нарушать статус-кво в лояльных себе государствах. Вот и все! Вспомните, что они сделали в Алжире в 90-х годах – реки человеческой крови, системный хаос на долгие годы.

Сирия в отличие от упомянутых вами стран была подлинно суверенным государством, отстаивавшем свои национальные интересы.

Вы, наверное, знаете анекдот про нестабильность во всем мире? Во всех странах возможна дестабилизация, кроме США. Потому что там нет американского посольства.

- Я понимаю, о чем вы говорите. Это все понятно. Эксперты много высказывались о версии противостояния Асада поставкам ливийского газа в Европу. Но меня интересует ответ на другой вопрос – что стало точкой опоры для сирийской оппозиции в противостоянии с мощной системой династии Асадов? Как удалось расшатать мощное государство в одночасье?

- Нет, я с вами не согласен. Им не удалось это сделать в одночасье. Я сейчас живу в Дамаске и приглашаю вас в наш город. Приезжайте и посмотрите своими глазами на мирную жизнь в Дамаске. Мы обеспечиваем электричеством и коммуникациями город. Всюду бесперебойная горячая вода. Работают заводы, школы и университеты. И поверьте, в нашем городе спокойно работают как сирийские, так и западные журналисты. Вы встретите настоящую жизнь даже в 3 часа ночи.

- Значит, я смогу приехать в Дамаск, увидеть все и подготовить репортажи? И даже интервью с руководством вашей страны?

- Я вас официально приглашаю, и мы полностью гарантируем вашу безопасность в Дамаске. И вы убедитесь в правоте моих слов. Поверьте, не только в Дамаске, но и во всей Сирии до сих пор в нормальном режиме функционируют производственные объединения и заводы. Мы экспортируем различные товары, сельскохозяйственную продукцию, овощи, цитрусы. Конечно, в результате войны нам нанесли колоссальный ущерб, мы потеряли около триллиона долларов, уничтожено национальное богатство страны, но система не сломалась и продолжает работать. Это подтверждает ваши слова о прочных устоях государства.

Мы задаемся вопросом, если после разрушительной второй мировой войны в середине прошлого столетия за считанные годы смогли оправиться Германия и Россия, что мешает встать на ноги Сирии? Мы победим в этой непростой войне и снова встанем на ноги.

- Но Сирию превратили в центр международной религиозной войны и конфессиональной вражды…

- Сирия – светская страна, и в нашей стране одинаково представлены все религии, в том числе и христианство. И попытки создания теократического режима всячески обречены. Но мы должны признать, что за последние 10 лет радикальный вахаббизм сделал свое дело и проник в страну, захватывая все новые мечети. Но подавляющее большинство населения было и остается приверженцами так называемого лояльного ислама.

Согласитесь, чтобы внести смуту на одной улице, достаточно появления 2-3 хулиганов. А одна банда, состоящая из ста преступников, может потрясти целый город. И чтобы нарушить покой целой страны, достаточно одного процента от общего числа населения. Вот этот один процент при помощь сил извне и сделал свое преступное дело в Сирии.

- Однако вам не удастся закрыть путь террористам в Сирию, поскольку правительство фактически не контролирует госграницы, за исключением разве что границы с Ливаном. Я был там в 2015 году, и хорошо знаком с ситуацией. Да и там Сирия, насколько я понимаю, больше полагается на поддержку проиранской «Хезболлы».

- К сожалению, контроль госграниц на сегодняшний день – самый уязвимый для нас вопрос. Вы правы, за исключением ливанской границы, мы не контролируем границ. И официальный въезд в страну осуществляется через Ливан, аэропорт Дамаска. Есть один пункт на границе с Ираком. И еще - Латакия.

Что касается «Хезболлы», то должен сказать Вам – если бы сирийская армия, сирийский народ и правительство так долго, упорно и патриотично не выстояли бы против иноземного нашествия, ни Хезболла, ни Иран, ни Россия, ни остальные наши друзья не смогли бы оказать нам военно-политическую поддержку.

Сегодняшняя Сирия – это своего рода крепость Брест, некогда противостоявшая фашистской армии.

Но самый большой наш друг – это Россия. Именно Россия помогла нам восстановить важные подразделения Вооруженных сил, уничтоженных в первые годы войны. В частности, авиацию. Основные потери мы понесли в первые три года войны. Очень помогли россияне в восстановлении официальных границ.

- И наконец, последний вопрос. В Сирии, как и в период иракской кампании, стали активно разыгрывать курдскую карту. Похоже, что вопрос создания сирийского Курдистана – дело времени, а федерализация Сирии – данность. Рассматривает ли правительство Асада возможность федерализации?

- Американцы вначале хотели сыграть на религиозных чувствах и смоделировали сценарий религиозной войны в свете противостояния суннизма и шиизма. Не вышло. Затем вступил в действие второй сценарий – правительство представили в облике террористов в войне с здоровыми оппозиционными силами. Но спустя некоторое времявсему мировому сообществу стало понятно – кто на самом деле является террористом.

Теперь на повестке дня новый сценарий – национальный вопрос и раскручивание курдского фактора. Но и это не получится, и объясню почему.

Во-первых, курды – это неотъемлемая часть сирийского народа. И они в не меньшей степени патриоты Сирии, чем арабы, ибо принесли много жертв во имя спасения своей Родины. Американцы работают и вооружают лишь одну часть курдов, которая проживает в северных районах. Но курды составляют около 10 процентов населения Сирии. Шестьсот тысяч курдов проживают в Дамаске. А что делать с ними? Десятки тысяч курдов проживают в Хомсе, в Алеппо. А какова будет судьба этих курдов и данных территорий? Допустим, мы примем план федерализации, и признаем за северными районами создание сирийского Курдистана. Но курды составляют лишь 40 процентов населения этого региона. А что делать с остальным населением – арабами? По их логике получается, что мы должны выслать сотни тысяч курдов из других городов Сирии в северные регионы ради новой бредовой идеи расчленения нашего государства?

Они не понимают, что такое Сирия. Есть такое идиоматическое выражение – персидский ковер. Вот Сирия – это шелковый древний персидский ковер. И нельзя подходить к нему со своим топором…

Источник: Haqqin.az